https://forumstatic.ru/files/001a/e1/66/16813.css
https://forumstatic.ru/files/001a/e1/66/11882.css
→ фэнтези, стимпанк ←
→ рисованные внешности ←
→ рейтинг NC-17 ←
→ эпизодическая система ←
→ смешанный мастеринг ←

Кео, мир Туманов

Объявление





Добро пожаловать на Кео, мир Туманов! Причудливый и порой жестокий мир может пугать, но оставь страхи позади — мы рады тебя видеть!

Фэнтезийно-стимпанковская ролевая, которая начала жить вновь.
В левом углу сверху есть кнопки смены дизайна.

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Демиург




Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Кео, мир Туманов » Утерянные главы » 10.05.1705 → В месте, где небо расколото


10.05.1705 → В месте, где небо расколото

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

10 мая 1705 года

Раннее утро

Безымянный пляж на острове им. Офелии, пятнадцать минут от Лейдвика.

https://forumupload.ru/uploads/001a/e1/66/17/880698.jpg

Тьярви и Саликс Береника

завязка

Сколько, Боже, их -
Троп нехоженных -
Сотни жизней не хватит.©

Тьярви просто наслаждался утренней прогулкой, встречая рассвет у холодного ещё моря. А Саликс просто лежала в камнях. Голая.
Постойте-ка...
ЧТО?

+1

2

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/e1/66/81/429821.jpg[/icon][nick]Salix Ophelia?[/nick]Это было сложно. Начиная с первых шагов, когда еще только принимаешь решение, до того момента, когда делаешь шаг фактический. Но вот она, идет. Идет вперед, переставляя одну лапу за другой в разваливающемся на глазах мире, пока тело ее становится все тяжелее и тяжелее. Как вообще до этого дошло?
На самом деле, все очень просто. Ей просто нужно было понять, что, наверное, именно где-то глубоко, где-то, где живут вонючки, и стоило искать подругу. Возможно, там же стоило искать Йоль. Возможно, ту самую странную рыжую девицу. Они, похоже, все там были, все шли в этот самый город, хотя Саликс готова была поклясться, что все города были разрушены. От самых синих гор до равнин, ни одного. Только руины и истерзанные ветром камни.
Но вонючки, мелкие, незаметные, где-то явно обитали. Они где-то жили. И явно в тех местах, где воняло сильнее всего. Возможно, там же можно было найти и подругу. Хотя Береника плохо представляла себе, как будет искать ее в такой вони, но попробовать стоило. Хотя бы попробовать. В конце концов, она сильная. Она сможет выбраться из гнезда, вылезет наверх, дойдет до пляжа. И, встав перед стеной из тумана, что растекался где-то впереди, уходя далеко за побережье, просто пойдет вперед.
Это не сложно.
На самом деле, сложно.
Она не раз уже выходила за пределы туманов. Не раз бывало, что натыкалась, больше наощупь, на кого-то. И шла дальше. Пока не чувствовала, что ей трудно дышать. Но ведь Йоль как-то живет здесь. Может, кто-то еще живет. Кто-то, кто не воняет, и у них есть явно какой-то секрет. Может, дело было в размере. Или еще в чем. Но пока о таких вещах было трудно говорить. Да и думать было трудно. Голова будто начала заполнятся плавленным сыром, и гигантская тварина, вылезшая из побережья далеко на севере Офелии, поначалу довольно осторожно бредущая вдоль линии берега, начала на глазах увядать.
Сначала она стала медленнее идти. Веки чуть прикрылись. Все равно она уже ничего не видела. Да и не слышала. Шум волн слился в единое шипение, и только песок под лапами, расступающийся с каждым движением, говорил о том, что она еще где-то на берегу. Редкие касания воды. Холодной, даже ледяной, отзывающейся уколами игл там, где кожа истончалась и начинались когти на лапах. Она оставляет следы. Большие, крупные, вереницей тянущиеся с северной части, туманной части, пляжа, к южной. НО продолжает идти, пока крылья, сложенные за спиной не расслабляются, и не начинают волочиться по песку. Еще один шаг. Еще один маленький шаг... Она пытается вдохнуть. Но вместо полных легких чувствует, будто ей закрывают пасть гигантской рукой.
Саликс останавливается. Понурив голову, хватает пастью воздух. Тяжело. Ей очень тяжело и она понятия не имеет, куда идти, но справа от нее вода, а слева песок. Посередине мокрый, сухой левее. Она все еще идет. Нужно еще много. Наверняка город будет где-нибудь возле берега. Она просто должна идти вперед и явно на него попадется, хотя идти тяжело.
Еще один шаг.
Явно есть какая-то хитрость. В размерах, наверное. Точно в размерах. Камешек, Йоль, была маленькой. Крохотной. Салли могла бы сломать ее без усилий, если бы хотела, но она не хотела. Она хотела ее гладить. Словно обласканный приливами камешек с серого пляжа. Гладкий. Приятный наощупь. Еще шаг.. Она была мягкой. Береника тоже хотела бы быть мягкой. Не твердой, как камень, я мягкой. Так, чтобы ее прикосновения ощущались. Чтобы ее тоже могли обхватить. Прижать к себе. Прикрыв глаза, вдохнуть ее аромат, просто показать, что она нужна кому-то. Этого не хватало. Этого очень не хватало.
Еще шаг. Еще один, маленький, пожалуйста.
Она еле-еле передвигает лапы. Тянется вперед, словно силы уже покидают ее, но в действительности это был не вопрос усталости. Скорее, вопрос целой горы, что сейчас нависла над Береникой. Невидимая, она была там, наверху, и с каждым шагом драконицы, нависала все ощутимее. Ей казалось, что ее раздавит. Что она не сможет сбежать, и сколько бы шагов ни сделала, гора в самый последний момент упадет.
Саликс делает шаг. Ей надо сбежать. Ей просто надо сбежать. Но сил нет. Она падает.
Падает в песок. Чувствуя, как песчинки расступаются под ней. Чувствует, как что-то ломается, крошится и трескается. У нее хватит сил еще на пару шагов. Она в последнее мгновение успевает поставить лапу... Ногу. И песок обволакивает ее. Она делает ровно один шаг. Второй. И теперь уже точно падает, не успевая подставить руки. Прикрыв глаза. Тяжело дыша, чувствуя, как тело ее то поднимается, то опускается от дыхания.
Саликс чуть приподнимает веки. Веко. Правое. И видит пляж. Офелия, названия которой она не знает. Для нее это просто пляж. И теперь точно такой же, какой она видела раньше. Кажется, она дошла. Дошла обратно, сама того не понимания, но даже если она вернулась в Туманы, те ощущались по-другому. Странно. Легко. Будто Саликс вышла из воды. Будто капли на ее теле еще оставались, а масса воды, вязкая, как желе, еще тянула ее вниз. Но было легче.
Береника моргнула. Затем, призвав все свои силы, положила ладонь правой руки на песок. Пятерня с синеватыми когтями, чей цвет менялся ближе к кисти и дальше к локтю к желтому, покрытая чешуей, уперлась в песчаный покров. Хотя, не уперлась. Просто легла на него. И так и лежала. Пока в голове Саликс вертелась только одна мысль. “Это моя лапа?”
Она снова прикрыла глаза. И не могла видеть, что позади нее, той, кого теперь надо было называть, вероятно, Саликс Офелия, прямо посреди пляжа, была скала. Скала была резной, с узорцами, и напоминала больше остов чего-то большого и страшного, но непременно состояла из камня, а не хитина. А вот лежащая чуть поодаль от этой сброшенной шкуры размером с дом женщина была вполне обычной. Если не считать чешуи на ногах и руках. И хвоста. И длинных, доходящих до колен, волос ярко-фиолетового цвета. Так сильно выделяющихся на фоне сероватого песка Офелии. И скрывающих то, что могло бы заставить стороннего наблюдателя по крайней мере покраснеть.

Отредактировано Salix Berenika (2020-09-28 16:26:26)

+1

3

Утро было отличным временем, чтобы собраться с мыслями перед грядущим днем. Тьярви, конечно, ещё с предыдущей экспедиции не до конца оправиться успел, но близость моря успокаивала, а Туманы манили сладкими грёзами.

Тем не менее, сейчас было только утро. К полудню грифон планировал дойти до кабака, где собирались всякие компании – пусть и сомнительные, но лучше, чем идти одному – для туманных рейдов. Там, конечно, сплошь любители и туристы, но для пушечного мяса сгодятся и такие.  Не то, чтобы себя Тьярви считал таким уж прям ходоком, но у него хотя бы были шансы повыше, чем у всякого сброда. Грифон он, в конце концов, или хрен собачий.
Под ногами хрустела галька; иногда Тьярви останавливался, наклоняясь и подбирая раковину радужного моллюска – неплохая штука для ряда зелий, а на материке так и вовсе цены за крупные раковины без сломов дорогого стоили, здесь же обломки хоть мешками собирай, и никто тебе слова не скажет. Не такой ценности ресурс… по крайней мере, пока что. Это потом, быть может, местные поймут фишку с регенерирующими и укрепляющими настойками и их связи с альтернативными рецептами.
Он вздохнул, поправив мешок на плече.

На самом деле, страстно хотелось обернуться сейчас в истинный облик, войти в воду и поплескаться, пока никто не видит, не слышит и вообще красота какая: ветер едва заметный, волн на воде почти нет, отчего клубящиеся облака на небе отражаются в морской глади так ярко и чётко, словно мир вдруг раскололся, расщепился на две составляющие; и лучи солнца где-то на горизонте мягко и ненавязчиво рвут грань между водой и небом, а вдалеке виден парус вышедшего за удачей моряка... Но внутри все его порывы насчет «отдохнуть как следует и прекратить так много думать» упорно и муторно стачивались каким-то глупым червячком, дергающим его на предмет «что, если». Например, что, если за ним кто-то следит (да кому он нужен в пять утра за городом?!) и стоит лишь отвернуться на мгновение, как сумка (любимая, прошедшая не одно испытание как в лабораторных условиях, так ив «полях») окажется в чьих-то шаловливых ручонках, охочих до чужого добра!.. От одной только мысли о подобном кощунстве – это не считая того, что в самой сумке еще добра ого-го сколько! – по его телу бежала орава мурашек, вызывая общий перекос лица на одну сотую мгновения.
Или, допустим, что, если стоит Тьярви оставить сумку… так, стоп, всё опять сводится к ней же.
Он устало провел рукой по лицу, вновь склонившись над каким-то чахлым кустиком, притаившимся прямо меж камней.

...Его внимание привлекла скала.

Странная, словно притащенная из другого места, имеющая.. крайне… скажем так, занимательную форму и не менее интересную фактуру. Словно какой-то скульптор пытался высечь из камня древнее божество, вышедшее на берег, но не справился и был поглощен своим же творением.
Когда Тьярви подошел ближе – он продолжал идти по береговой линии, умудрившись уже промочить сапоги, но не обращая на эту мелочь внимания – он услышал слабый шум.

Сперва грифон решил, что ему показалось, но поднявшаяся из-за камней девушка доказала обратное.

«Оу», - подумал Тьярви, окончательно останавливая движение и поправляя ремень заметно потяжелевшей за время прогулки сумки. Крылья за его спиной нервно дернулись, складываясь за спиной на манер плаща - так было бы удобнее.
То ли девица тут спала, то ли он нарушил чье-то уединение. Или… может быть, что-то ещё?
Судя по её виду он бы сделал ставки на последний вариант, но больше никто не показался. Она была здесь совсем одна.
Это было чертовски странно, и будь они в туманных землях – Тьярви бы, пожалуй, даже не размышляя двинул бы обратным ходом по уже пройденному, изведанному и, что немаловажно, спокойному пути. Но они-то были в «обычном мире»!
«Если я что-то не сделаю», - подумал Тьярви, - «меня начнет разрывать от замешательств».

Галька вновь вкусно захрустела, вдавленная жесткой подошвой в песок.

- Эй, - честно говоря, лучше бы он все-таки прошел мимо. Но… Во-первых, скала. Что это за рисунки и откуда она здесь? Тьярви был в этих местах год назад и зуб бы отдал, что никаких образований раньше тут не стояло, - ты в порядке? Помощь нужна? – при подходе ближе взгляд грифона отметил, что девица неплохо слажена и явно имеет отношение к рейдерам. Чешуя, хвост, яркость – всё как обычно, как у большинства, - выглядишь потерянной.

Был бы тут Эо, наверняка бы порекомендовал проверить реакцию зрачков там или еще чего. Тьярви предпочитал лечиться у специалистов, а до прибытия к ним закинуться соответствующими зельями, если все совсем плохо. В случае девицы, кажется, всё было не так уж и серьезно.
Хотя возможно, он серьёзно ошибается, протягивая ей руку. Кончик его хвоста слабо подергивался от внутреннего напряжения.
[icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/e1/66/17/960515.png[/icon]

Отредактировано Tiarvi (2020-10-08 00:43:52)

+2

4

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/e1/66/81/429821.jpg[/icon][nick]Salix Ophelia?[/nick]
Ее будто размазали. Взяли, как слегка расплавленное масло, и размазали тонким слоем по куску хлеба. Возможно, были бы у Саликс воспоминания о своей далекой-далекой жизни, она могла бы вспомнить что-то на манер похмелья или передозировки какими-нибудь зельями, но сейчас в голову приходила только ассоциация с размазыванием, потому что сил на что-то более четкое просто не было. Она лежала на песке, слушала шум ветра и шум моря, медленно опуская и поднимая веко единственного глаза, не упиравшегося в песок под женщиной, и думала о том, какая это все таки была плохая идея.
Вот так она и умрет. Лежа на пляже. Потому что ощущения были действительно такие, будто Саликс умирала. Смертью глупой. Потому что сама и зашла слишком далеко. Но здесь хотя бы не воняло. Она точно думала, что идет в сторону страны вонючек, но вони здесь уже не было. Может, она была где-то на границе? А дальше границы Береника никогда не заходила? А, да какая разница если она сейчас помрет?
Она закрыла глаза. Вдохнула. Грудь болела, чувствовала давление. Так она раньше не дышала. Воздух будто был каменным, заполнял ее, расправляя внутри что-то скомканное, отзывающееся колючей болью. Но она дышала. Она точно дышала, как делала это раньше. В какой-то момент поток воздуха вышел как-то не так, стоило Салли напрячь горло, и вместе с тяжелым дыханием ее нутро покинул тихий стон. Болезненный.
Незнакомый.
Мир вокруг шуршал и шумел, а она только и могла подумать о том, что не понимает, ее ли мысли в голове у Салли, или чужие. И ее ли голос вообще сейчас был слышен. Кажется, он был тоньше. Менее громогласный. Менее... Свой. Но в каком-то смысле свой. Странное замечание для разговора с самой собой. И она могла бы и дальше обсуждать саму себя в голове, если бы не новый шум.
Он был над ней. Ну, не строго прямо над ней, но где-то выше уровня головы уж точно. Что заставляло сначала подумать о том, что над Салли кто-то навис, но вот дальнейшие попытки понять кто именно не увенчались успехом.
Женщина с фиолетовыми волосами, длинными, закрывавшими всю спину, ягодицы и бедра, лежавшая на спине и будто говорящая сама с собой, снова издала звук. Благо, ртом. Странный, похожий на те звуки, которые издают только только проснувшиеся от будильника работяги в Бальтазаре. И попыталась подвинуться. Большая часть волос действительно неплохо служила прикрытием для наготы, но стоило незнакомке повернуть голову в сторону незнакомца, слегка уперевшись рукой в песок, позволяя пальцам чуть сильнее утонуть в нем, стало ясно – одежды на ней нет.
Никаких особых деталей, которые могли бы возбудить воображение, правда, Саликс показать не успела – только она подняла голову, воззрившись на сероватое пятно, что проступало на фоне неба и горизонта, силы покинули ее и она опять упала лицом в песок. Лицом. Но за то время, что она успела удержать голову поднятой, Тьярви вполне мог заметить несколько выделяющихся деталей.
Да, у нее была чешуя на руках и ногах, а еще хвост и странноватый цвет волос. Лицо же при этом у дамы было вполне нормальным, не считая глаз, тоже ярко-фиолетовых, но будто не способных сфокусироваться непосредственно на незнакомце. У нее был вполне неплохой бюст, не заметить который было невозможно, и если это было еще одно дарование Туманов, как все та же чешуя, то Туманы эту девицу явно любили. Хотя, девицей явно не была. Не молодой. Но и не старой. Примерно подходящей под тот возраст, когда можно взглянуть и с четкой уверенностью сказать “женщина”. Возможно, чья-то мать. Или чья-то жена.
Но выяснить это прямо сейчас не удалось просто потому, что предложение схватиться за руку было проигнорировано – Саликс буквально потеряла сознание, рухнув без сил после превращения в оболочку куда меньшую по размерам. И ей сейчас явно было нехорошо. А еще холодно. О чем говорили проступающие на плечах и спине мурашки.

+1

5

Хвост оставил едва заметную борозду на песке. Кажется, он зря волновался.

Волны трепетали, шумно наползая на берег, жадно облизывая облепленные мелкой ракушкой скалы, унося каменную крошку с собой туда, где однажды она станет идеальной формы без единого изъяна грубых граней. Кричали птицы, снимающиеся с прибрежных валунов; шелестел ветер в кронах деревьев, растущих в отдалении.

Тьярви попинал песок, убирая руку в сторону и приседая возле полумёртвой барышни на корточках.
В стороне гончими псами мелькнули серые тени. Что-то шумело, дышало, скрипело совсем рядом, за спиной, но он твердо знал, что это всего лишь сопровождающие его галлюцинации. Не стоило отвлекаться на них сейчас, как и на чувство невнятной тревоги, дергающее сердце раз за разом, бьющее по вискам мятежным ритмом.

…Что же, по крайней мере, она была ещё жива. Молчалива, прекрасна в своих нюансах, но жива. Впрочем, это всё, на самом деле, дело поправимое. Главное, чтобы она не оказалась какой-нибудь взрывоопасной. Из тех, что хранят свои маленькие противные тайны до самого конца, резко и внезапно меняя ход игры в последние секунды.

Впрочем, не окажется же она каким-нибудь монстром, делающим людьми трогательное «хрусть»?

- Как… интересно, - без лишних эмоций протянул Тьярви, на всякий случай оглядываясь вокруг.

Нет, рядом совершенно точно никого не было. Даже рыбаки сюда не заглядывают, что им берег, когда есть богатая рыбой вода, а причал далеко отсюда. И город далеко. И люди, в общем-то, тоже не близко.
Ладно. Хорошо. Как она здесь оказалась?..

Тьярви протянул руку и осторожно подцепил одну из чешуек на плече женщины, погладил подушечкой пальцев: жесткая, как и положено.
Он наклонил голову в сторону, совершенно птичьим жестом.

Джентльменская работа, то есть, забота, выполнена была, по его мнению, на все сто процентов. Исходя из этого, а так же неудачного её результата – ему даже не ответили, на секундочку! А раз не отвечают, то, быть может, дамочка спешит уже откинуть коньки? И стоит ли тогда ему вообще заморачиваться на её счет, хм? – можно было решить все вопросы в ту сторону, которая бы принесла хоть какую-либо пользу ему лично.
Например, можно было по-тихому разобрать леди на запчасти. Чешуйки измененных, честно признаться, он ещё не рассматривал в качестве ингредиентов. А ведь реакция могла быть весьма любопытной.

Кости, опять же... Глаза, хм. Впрочем, нет: ничего скоропортящегося, пожалуй. Жаль, но на сохранение и доставку у грифона совсем нет ни времени, ни инструментов под рукой. Вот верный ножик есть. И скальпель тоже найдется. И парочка склянок. И пакетиков, прихваченных чисто «на всякий случай».

Пилу вот Тьярви не брал, как-то не предполагал, что надо будет, а сейчас пожалел… Интересно, какова прочность этих прекрасных рожек?
- Давай-ка, дорогая, - приняв решение, Тьярви поднялся и стряхнул с ладоней налипший песок, - мы от воды отойдем, а то тут не только тебе, - он заметил мурашки на её коже, –  тут и мне уже прохладно стало, - любезно сообщил он Телу, примериваясь и подхватывая тушку под колени и плечи. Со стороны глянуть – ну прямо муж, несущий из пены морской новоявленную жену-русалку. Ага, конечно. Еще бы эти железы не были такими огромными, что прямо в лицо лезут и колыхаются как пудинг при малейшем движении. И волосы! Волосы вообще тихий ужас, как спагетти или длинные тонкие щупальца Туманного монстра. Пока Тьярви шёл, он оказался облеплен ими буквально с ног до головы!.. И вот живут же они с этим как-то, еще и долгие годы умудряются… Бр-р…

В стороне от берега, где песок еще был, но уже смешавшийся с крупной галькой и вполне заросший молодой зеленой травкой, грифон осторожно положил свою ношу. Затем отошел за сумкой, вернувшись на место обнаружения находки и ещё раз глянув на скальное новообразование. На мгновение Тьярви испытал жалость – пока он тут носится с разбиранием леди Чешуйки, таинственный камень ждёт своего часа, но, опять же, у него еще есть дела в городе на сегодня.

«А. Не убежит же он», - подумал Тьярви, повесив сумку на плечо и возвращаясь к Чешуйке. Звать её просто «Телом» как-то язык всё-таки не поворачивался. Наверное, спасибо отцу за должное воспитание. Тот порой был суров и вколачивал правила этикета и всего такого в голову методом подзатыльника. Работало не всегда, но запоминалось крепко.

- О, вы еще здесь! – Чешуйка лежала там же, где он ее оставил, - какая удача, - Тьярви чуть заметно улыбнулся. В общем-то, стоило перерезать ей горло по-хорошему, чтобы не мучилась, да и лишних телодвижений избежать на всякий случай, но что-то его останавливало. Странное чувство, сродни тому, что возникало у него порой перед чем-то опасным.

Тьярви потер подбородок. Тени игрались на периферии зрения. Он видел их беззубые рты, белые провалы глазниц.
Грифон перевёл взгляд на собственные руки. Посмотрел на разложенные инструменты рядом с женщиной. «А надо ли?» - очередной раз всплакнуло внутри осторожностью. Надо ли… К своим чувствам всегда желательно прислушиваться, даже если они не правы, сколько раз ему это жизнь спасало.

«А ещё у тебя есть парочка зелий с собой».
«И что?»
«Дай ей».
«И зачем мне тратить зелья на полутруп? Она всё равно сдохнет, так не проснувшись».
«Дай ей».
«От переохлаждения, скорее всего. Сколько она тут провалялась?».
«Дай. Ей».
«...И я все ещё даже не возьмусь предположить, откуда она тут взялась. Рядом ни Туманов нет, ни обломков каких, ни следов...».
«Дай. Ей».
«...Ничего нет. Это подозрительно. Это опасно. Опасность следует...»
«Дай».
«...уничтожить».
«Ей».

Тьярви потёр виски пальцами. Ненавидя себя, потянул за шнурок левого кармана рюкзака, выуживая небольшие – с палец размером – склянки с содержимым бордового цвета.

Подумав о том, что занимается глупостями и вообще, по-хорошему, стоило бы пройти мимо, имея такую больную голову, как у него, Тьярви снял с себя кожаную куртку и накинул на Чешуйку, припадая рядом с ней на колено.

«Перцовое» должно было немного согреть и, попутно, обладало регенерирующим и противовоспалительным эффектом. В общем-то, в ветреном месте – самая вещь для обогрева и поднятия сил. Правда, рассчитано оно было больше на грифона, чем на человека, то есть сами концентраты были несколько завышены.

«Если загнётся от этого, то оберу как липку», - с раздражением подумал Тьярви, придерживая голову женщины и вливая зелье точно в горло. По мозгам скрежетало чужим смехом. Чему-то радовалось.
[icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/e1/66/17/960515.png[/icon]

Отредактировано Tiarvi (2020-10-08 16:17:59)

+1

6

Быть бездыханным трупиком наверняка очень весело. Потому что именно бытием им Саликс и была занята, и занята уверенно так. Очень увлекательно. Не то чтобы ей было совершенно нечего делать в ее жизни, кроме как валяться и быть мертвым грузом. Честно говоря, у нее было множество дел. Например, свалить подальше от Не-Туманов. В, правильно, Туманы. Восстановить силы, например. Или же, напротив, отправиться куда-то в Не-Туманы дальше, рискнув здоровьем и наверняка потеряя несколько условных лет жизни в процессе. Проблема разве что была в том, что прямо сейчас она лежала на земле и видела сны.
Сны были хорошими. В них было одновременно и прохладно, и тепло. Много камня, резного, окруженного узорами и железными решетками, тенями которых играл свет жаровень и кузни. Ей снился металл, снился человек в фартуке, бьющий раз  за разом молотом по предмету, постепенно приобретавшему плоскую форму. Удар – дзынь. Удар – дзынь. Опустить в воду – пшш. Рассмотреть. Обернуться. Сунуть в рот той, что подошла слишком близко. Обжечь горло.
Саликс распахнула глаза, стоило жидкости пройтись по всем вкусовым рецепторам на языке. Новом. Языке. Не успевшем попробовать еще ничего из нового мира. Ни кислого лимона, ни острого перца. И за неимением такого опыта перцовая настойка, которую вливали в горло Береники, казалась расплавленной магмой, или раскаленным докрасна железом.
Сил все так же не было. Конечно, откуда им взяться? Но организм делает удивительные вещи, когда в голову приходит мысль, что в тебя заливают расплавленный свинец. И именно об этом и подумала женщина, чьи веки поднялись, тут же являя взору Тьярви два глазных яблока со зрачками, сузившимися до размера точки, пока рот глотал воздух.
А затем – кашель. Она упирается рукой в землю, хватает ее, вместе с травинками, пытается перевернуться. Удается. На бок, ближе к Тьярви, перекидывая одну руку через себя и упираясь и ее ладонью в мягкую почву.
Кашель. Сильный. Мокрый, отхаркивающий.
Правая ладошка поднимается с земли, упирается в рот незнакомки, пока та пытается прийти в себя, и лишь спустя парочку добрых секунд она убирает ее прочь от лица.
И останавливается на распростертой ладони.
Нет, никакой крови на ней нет, но, похоже, вид своих же пальцев заставляет женщину впасть в ступор, а взгляд ее не становится менее испуганным. Из легких же вырывается сиплый выдох, следом за ним не менее сиплый вдох. Она сглатывает, ее взор начинает выцеплять из окружающей картины что-то, ибо та начинает вертеть головой.
Недолго. Долю секунды, пока в поле ее зрения не появляется черноватое пятно с очертаниями,  тут же заставляющее женщину не менее испуганно воззриться  на Тьярви, хотя создавалось такое впечатление, будто непосредственного его она не видит – часто моргает, будто не может сфокусироваться. И рука… Правая рука, приподнятая, так, будто Чешуйка пыталась защититься от незнакомца.
Впрочем, реакция эта была вполне логичной.
В голове – полная каша. И больное ощущение во рту. Боль. Боль, которая заставяляет Чешуйку оскалиться и обнажить острые зубы. Дрожа при этом и явно расчитывая на то, что ее испугаются и не станут трогать.
Потому что Саликс чувствовала, что ей будет плохо. Что ей будет очень плохо. И что она слаба. А еще что этот странный перед ней, от которого пахло жженой древесиной, большой. Большой как она. А значит такой же страшный. В Туманах было не так уж много тех, кто размером мог потягаться с Береникой, и та запомнила четко – большие существа представляют опасность, как и существа, сопоставимые с ее размером. В таких случаях нужно показать, что она тоже может за себя постоять. По крайней мере намекнуть на это. Телом, не словами, не попытками задать вопрос, а сразу поставить перед фактом, что незнакомец встретился с таким же зубастым существом, как и он, и Саликс вполне сможет его укусить. Ну или провалить под землю. Но вот такие приемы обычно требовали подготовки и времени, которых сейчас не было.
Выглядело это все довольно бесстыже и довольно наигранно, на самом деле. Хотя бы потому, что мелкая дрожь все еще пробивала Чешуйку, да и выглядела та не слишком.. Здоровой, что ли. Не только в плане головы, но и в плане физического здоровья, на что намекали явные признаки утомления. Переутомления.[nick]Salix Ophelia?[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/e1/66/81/429821.jpg[/icon][status]"Чешуйка"[/status]

+1

7

Чем больше времени он тратил на эти глупости, тем больше беспокойства и тяжести ощущал на душе. Или чём оно там полагалось, не важно.
Его находка все так же валялась пустой оболочкой, едва теплой и живой, а собственный разум, будто издеваясь, щелкал осечками – раз за разом. Но разве мог он сейчас отказаться от мысли, от идеи её «воскресить», вытрясти реакцию и слова из тела, если уже приложил достаточно много усилий на пути к этому? Мог он оставить ее и пойти дальше по своим делам, словно и не было этой непутевой встречи?

…Нет, разумеется, мог бы.

Тени на периферии подрагивали от дуновений ветра с моря. Промозглого и солёного.

Интересно, когда Туманы уйдут прочь, будет ли виден край моря? И каков он будет на краю острова? Будет ли вода падать вниз огромными водопадом, а если так, то куда она денется и откуда будет возникать? И откуда вообще возникает вода на материках… Черт, слишком много вопросов не по существу.
И тут она дрогнула. Сперва грифон решил, что показалось, но нет: по телу словно пробежала некая вязкая судорога, а затем женщина открыла глаза и подорвалась с места с явным усилием. Смотреть на неё было сложно. Тут и радость – у него получилось! Она жива (пока) и может функционировать, что радует! – и заметная печаль – у него все-таки получилось… А мог бы пополнить запасы чем-то любопытным в кои-то веки, - и немного брезгливости: чужой кашель, несмотря на свою логичность, вызывает чувство отвращения и неясной тревоги.

Тьярви даже отодвинулся в сторону, впрочем, не поднимаясь на ноги, просто перекатываясь и усаживаясь на удачно подвернувшийся под пятую точку камень.

- Итак, - говорит он, наблюдая за Чешуйкой в оба глаза. Та по-прежнему выглядит слабой, слишком тихой – даже ее кашель словно растерял всё своё звучание -  и, внезапно, агрессивной.
- Эй, тише, ти~ше, я же тебя спас, - ухмыльнулся Тьярви, все-таки поднимаясь и делая пару шагов назад.

Шипение и чувство опасности, исходящее от её фигурки, вызывают удивление.

- Ты меня слышишь? – продолжать говорить. Нужно просто говорить с ней спокойным голосом, не повышая его, не делая резких движений.

Становится интересно.

То есть, если вся ситуация и раньше была забавной и странной – голая женщина вдалеке от жилых зон и кораблекрушений, вроде как, здесь не наблюдалось и слухов даже ни о чем подобном не ходило, - то сейчас, наблюдая за звериными повадками и чувствуя нечто… странное… Тьярви понимал, что просто так уже не сможет развернуться и уйти, пока не получит порцию разъяснений.

- Эй, эй, если не будешь кусаться, я смогу тебе помочь, - он постарался сделать голос мягким и у него это даже почти получилось. Не патока, конечно, но и не воронье карканье в ночи, - я тебе уже помогаю, видишь? – ласково. И руки показал, ладонями вверх.

Ну не дикарка же она! С каких-нибудь…
...туманных земель?

А что, это был бы забавный поворот.

- Может, ты хочешь есть? Я дал тебе зелье, если что, оно не очень на вкус, но поможет тебе с силами. Правда, не сразу же. И не стопроцентно.
Пауза.
Осторожный и плавный взмах рукой.

- Ты меня понимаешь? Кивни, если так. Ну или… что мне тогда с тобой делать, если нет, - последнюю часть предложения Тьярви пробормотал под нос, внезапно озадачившись. А ведь и правда, что?

Отредактировано Tiarvi (2020-10-19 20:53:50)

+1

8

[nick]Salix Ophelia?[/nick][status]"Чешуйка"[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/e1/66/81/429821.jpg[/icon]
Большой и не менее страшный хищник, кажется, не нападал. Вообще, это было довольно непривычно, но вписывалось в картину мира Саликс полностью. Она такая берет, просыпается, а над ней склонился какой-то монстрище, и пытается что-то ей сказать. О том, что он говорит, а не пытается издавать какие-то нечленораздельные звуки, Береника знала, но слова пока не удавалось впрячь в повествование. Они были словно эхом, далеким и малоразличимым, вызывающим у чудища из туманов в женском обличьи перемену в настроении. С агрессии на непонимание.
Он говорит.
Она меняет выражение лица. Недоумевающе чуть опускает брови, приоткрывает рот, слегка нахмуривается и склоняет голову, будто вслушиваясь в слова Тьярви, пока тот говорил какую-то тарабарщину для ушей Салли. Нет, уже не тарабарщину. Он спрашивает, уточняет слышно ли его.
Береника смыкает губы, все еще нахмурившаяся, терпеливо ждет пока тот поднимает ладони вверх и недоверчиво кивает. Медленно. Так, будто просто опустила голову чтобы рассмотреть его ноги, а потом решила снова вернуться к лицу. Очень много вопросов, но пока ее волнует только то, почему он их задает. В смысле, это же вроде логично ,что она его понимает. Она же всех понимает, всех, кто ходит в туманах, кто по крайней мере может начинать разговор. Для нее это вполне логично, но, видимо, не для вот этого вот... Крылатого?
Ох, у него были крылья. Спустя парочку морганий наконец-то начали появляться детали, и взгляд Саликс забегал по незнакомцу, пока тот говорил, только для того, чтобы с последним вопросом моргнуть снова, вернуться к его лицу. Он не выглядел... Страшным. Недружелюбным. Обычно тот, кто был недружелюбным, был таковым с самого начала. Сидел в засаде, например. Этот же говорил. Говорить умели и вонючки, но от него пахло не тухлым мясом и потом, а древесиной, дымом, чем-то, что Саликс не встречала уже давно. Но сейчас важен был не запах, а слова и его вид.
Женщина с длинными волосами приоткрыла рот. Затем закрыла его, будто подбирала слова, пробовала их на вкус, пытаясь понять, как будет звучать, но в действительности же Саликс просто не знала, что ответить. Поэтому решила взять такой курс общения, который был бы наименее оскорбителен для очередного существа туманов, встреченного по пути. Потому что, да, она была четко уверена в том, что все еще в туманах.
- Д-да... Понимаю. - не без опаски отвечает незнакомка и кладет наконец-то руку на подол в виде предоставленной ей куртки, что теперь покрывала только нижнюю часть тела, открывая все, что выше пояса и позволяя лишь прядям служить в качестве защиты от ветра. Тут же заставившего незнакомку опустить взгляд, поежиться и сжать ворот куртки. Затем опустить на нее взгляд, моргнуть и, прижав к груди, попытаться прикрыться ею.
- А... - чуть опущенная голова и взгляд изподлобья, направленный в сторону Тьярви, не выражавший какой-то агрессии, по крайней мере теперь, только непонимание, и следующие же слова неизвестной выдали его причину — Ты.. Предлагаешь мне съесть это? -
Она чуть приподняла куртку. Та выглядела даже для Саликс не слишком съедобной, но ,в общем-то, понять, о каком именно зелье пока говорил этот крылатый неизвестный, самой Салли не удавалось. Предмет одежды в ее руках выглядел как, в общем-то, предмет одежды, как то, что вонючки носили на теле, а не как еда, но вот этот парень знал явно что-то, о чем не знала сама Саликс, так что пока что было принято решение просто довериться ему. В определенной мере.
Ведь выглядел он вполне... Ну, неплохо. Не как те амальгамы из плоти и костей, а как симметричное и вполне правильное существо. Саликс любила симметрию. Она выдавала определенный уровень красоты, казавшийся приемлимым, и обычно существа, которые не заваливались на бок, были куда более... Общительными. И правильными. Так что пока что предубеждения туманницы работали на пользу грифону, хотя та и понятия не имела, что это именно грифон. Кхм.

0


Вы здесь » Кео, мир Туманов » Утерянные главы » 10.05.1705 → В месте, где небо расколото


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно