https://forumstatic.ru/files/001a/e1/66/16813.css
https://forumstatic.ru/files/001a/e1/66/11882.css
→ фэнтези, стимпанк ←
→ рисованные внешности ←
→ рейтинг NC-17 ←
→ эпизодическая система ←
→ смешанный мастеринг ←

Кео, мир Туманов

Объявление





Добро пожаловать на Кео, мир Туманов! Причудливый и порой жестокий мир может пугать, но оставь страхи позади — мы рады тебя видеть!

Фэнтезийно-стимпанковская ролевая, которая начала жить вновь.
В левом углу сверху есть кнопки смены дизайна.

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Демиург




Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Кео, мир Туманов » Утерянные главы » 17.02.1705 - "Cold"


17.02.1705 - "Cold"

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

17.02.1705

Раннее утро, около 6:00

Окраина Кайматсу, неподалеку от границ туманов

Cynfab Orr, Kelin.

Завязка

Иногда события бывают случайными. Случайно получаешь запрос на участие в экспедиции, случайно отправляешься, случайно понимаешь, что здесь только бьют баклуши и, в целом, только «наблюдают». И делать тут нечего.
Но потом оказывается, что это не случайности. И хотели видеть именно тебя. И имя у местного главного исследователя знакомое. Очень знакомое. И мокрый снег на холмах Кайматсу уже не кажется таким уж мерзким.

+3

2

…Утро встретило её воем холодного ветра и морозными пальцами зимы, пробиравшимися в тёплую палатку. Что было, в целом, не особо приятно. Но лучше уж это, чем оказаться снаружи, посреди усыпанных снегом холмов, одной и без одежды.

Вставать откровенно не хочется.

Но придётся.

Поворочавшись в своём спальном мешке ещё немного, для приличия, Келин наконец-то поднялась и присела. Тихонько зевнув и протерев заспанные глаза, девочка обвела взглядом помещение. Стены из плотной ткани ходили волнами от завывающего снаружи ветра, но внутри ещё было тепло. Пока что. Хлопавшая занавесь очень красноречиво говорила, что если обитатели палатки не проснуться сами, то в ближайшее время их вполне может разбудить проникавший внутрь противный холод.

Нужно было действовать быстро. К счастью, ассистентка это умела. И, бонусом, делала это бесшумно. Ну, почти. Выползти из спального мешка не составило труда, как и нащупать одежду. А вот одеться и выползти наружу оказалось не так просто. Потому что спящие располагались довольно плотно друг к другу, из-за чего маневрирование было довольно затруднительным. Пару раз Келин чуть-чуть было не споткнулась об чьё-то сопящее тело, но благо, всё обошлось и дальше недовольного ворчания не зашло…

Укутавшись в тёплую курточку, девочка выскользнула из палатки (не забыв при этом прикрыть выход, чтобы всё тепло не вышло сразу) наружу, в холодные объятия зимнего Кайматсу.

Снег. На много миль вокруг – покрытые снегом холмы с выглядывающими то тут то там чёрными ветками редких кустов и ещё более редких деревьев. Вверху – небо, тёмно-синее, по которому потихоньку растекается утреннее пламя. Где-то вдали – неестественно белая завеса Тумана. Тумана, за которым они пришли сюда наблюдать…

Вот так вот. Наблюдать. Не входить, не приближаться. Просто смотреть на белую стену вдалеке и думать о вечном до такого-то числа.

Так себе развлечение, надо сказать…

Келин осмотрелась вокруг. Лагерь, в целом, был пуст. Ну, почти. За исключением одной стрёмной фигуры в чёрном скафандре, похоже, мало кто из участников этой прогулки собирался просыпаться. Оно и понятно. Холодрыга. Белое облачко изо рта Келин очень красноречиво об этом говорило… поёжившись от холода, ассистентка запахнулась в одежду поглубже и обратила внимание на единственного бодрствующего человека в лагере. Да, та самая стрёмная фигура в бронекостюме, стоявшая где-то на краю их стоянки.

Он выглядел так, будто задумался о чём-то. Или, может, заснул стоя. Что-то из полузабытого прошлого подсказывало, что среди старших исследователей (а в том, что он являлся таковым, сомнений не возникало) такое явление было чуть ли ни нормой. Так что, с одной стороны, особо не было ничего необычного… пока что.

- Д-добр-рое утр-ро…

Он был немного… странным. В какой-то степени, он даже немного пугал, но это ведь не причина, из-за которой не стоит сказать человеку «привет», верно? А дрожь в голосе – это, конечно же, от холода.

- К-как вам сп-спалось?..

Конечно же, она знала его имя. Конечно же, она читала список с именами. Она просто немного смущалась. До сих пор не очень хорошо понимала, как правильно обращаться к старшим исследователям и иже с ними…

Она просто нервничала, да. А ещё было холодно.

Вовсе не из-за того, что одно имя в списке показалось ей смутно знакомым.

+1

3

«Холодно» - эту мысль заметил Орр еще в первую неделю пребывания в лагере. Она появлялась регулярно и была связана с довольно суровым зимним временем, а на Кайматсу частота ее появления вообще зашкаливала. Не то чтобы он не любил холод, куда страшнее была жара, но стоя на холме, продуваемом всеми ветрами, кроме тех, что шли со стороны Туманов, просто нельзя не задуматься о том, что сейчас куда лучше было бы попивать коктейли где-нибудь на Офелии. Желательно, без дальнейшего осознания, что ему придется топать в места, где его может сожрать гигантская ромашка или попытаться осеменить не менее гигантский шмель. От этой мысли человек в черном, с заботливо лежащим на плечах клетчатом пледе, слишком маленьким чтобы его называть пледом и скорее напоминавшим накидку, поежился. Он вообще часто поеживался. Стоял сгорбившись, скрестив руки на груди и неуемно смотря в сторону Туманов, будто ожидая, что из них что-то вылезет.
Не вылезало.
Вообще, трудно было сказать, зачем они здесь. В смысле, никто из университетских толком не мог взять в голову зачем Кинваб решил отправиться в какие-то места, где не было дичи. Где все, что надо было делать — ждать, а потом еще ждать, пока не придет смена. Не то чтобы они сторожили что-то важное, фактически, у их лагеря, что стоял уже несколько лет на этой земле и сменял только обитателей, было всего две четких задачи. Наблюдать за тем, не пройдет ли рядом Каменный Горизонт, который уже должен был показаться со дня на день — глыба на горизонте, словно горы плывущая по туманам, одно из повторяющихся явлений в этих землях. Вторая же — наблюдать за Леди Бекетт, что было труднее в данный момент, учитывая, что по ее расписанию, сейчас она плыла от Бальтазара к Кайматсу, и плыть будет еще несколько недель.
Просто сбор статистики.
Никаких охот за артефактами или туманниками. Никакой мести. Никакой обороны. Тишь да гладь, да вой февральского ветра. Ничего опасного. Ну, кроме того факта, что в их лагере был гребаный перевертышь, способный оторвать тебе голову ночью просто потому, что ты потерял бдительность.
Вообще, это был странный заряд паранойи. Орр был не слишком подозрительным человеком, если честно. Он верил фактам, а не подозрениям. Наблюдениям, статистике. Статистика говорила, что из Туманов не возвращаются спустя сорок лет без изменений. И не то чтобы  старая знакомая этих измнений не имела, нет. Скорее, трудно было поверить в то, что это та самая знакомая. Поэтому Кин и не верил. Он проверял, он собирал данные, и именно поэтому сейчас не сидел с винтовкой в руках, глядя в прицел, надеясь на то, что одной пули хватит для добычи. Нужно было ждать. Без ружья в руках. По крайней мере с самого начала.
И, боги, как же ему не хватало ружья. Оставить свою винтовку в Университете было плохой идеей, и сейчас Орр это начал понимать как нельзя лучше, глядя на туманную стену вдалеке. Из которой вышло... Что-то. Но быстро вернулось назад, стоило мохнатой голове осмотреться и понять, что неподалеку нет для нее добычи.
Кинваб поежился. Подстрелить ее , что ли?
- Д-добр-рое утр-ро… - раздалось откуда-то со стороны, но человек в шлеме и странном минипледике в клеточку продолжил смотреть вперед. Не потому, что он был невежлив. Скорее, был поглощен своими мыслями, которые не могли отойти в сторону и освободить проход для Келин. Впрочем, на нее обратили внимание довольно быстро. Не так быстро, чтобы не вызывать лишних вопросов в голове девочки, но достаточно быстро, чтобы не принять Орра за человека совершенно невоспитанного.
Железная голова циклопа с единственным зрачком, излучающим фиолетовый цвет, нехотя повернулась в сторону и застыла, будто изучая девочку добрых полсекунды, а затем неуверенно кивнула.
Чего он вообще хотел от нее? Покушения на его жизнь? Чтобы появился повод выстрелить дробью в тело и понять, что все это время это было притворяющееся чудовище? Ну, теоретически, да. Это бы закрыло вопрос. Открыло бы еще множество старых ран, но их Орр умел закрывать и сам. С тем же успехом он хотел понять, что это тот самый человек. Но для этого нужна была память, нужны были те вещи, которые знала только Келин.
- Доброе. - сухо ответил человек в шлеме, одетый в черное и тут же вернулся к созерцанию туманов, еле заметно дернувшись от очередного порыва холодного ветра.
- Нормально. - отвечая на следующий вопрос, глухо послышалось из глубин шлема, с сожалением осознавшего, что тварина из туманов не решилась на второй забег из них, так что если бы не этот самый шлем, можно было бы заметить кислое выражение лица Кинваба.
Впрочем, это самое кислое выражение читалось в голосе.
- Уже успела освоиться в этой дыре? - вопрос был задан, видимо, касательно лагеря. Который действительно был той еще дырой. Буквально. Дырой в холме, сделанной кем-то, кто явно вышел со стороны туманов, но со временем ставшей достаточно ровной, чтобы напоминать платформу, где, собственно, университетсткие и разбивали лагерь из года в год. Разве что, дыра эта была слишком уж далека от любых поселений...

+1

4

Она оказалась права. Он действительно о чём-то задумался. И, видимо, появление посторонней прервало эту цепочку размышлений, заставляя закованного в чёрное гиганта отвлечься на появившуюся из ниоткуда маленькую ассистентку. Ответы с его стороны выдавали в старшем товарище… разочарование? Скуку? Или же это было раздражение? Келин поморщилась – она никогда не умела хорошо разбирать эмоции и чувства других. Ну, по крайней мере, делать это осознанно. Но, в целом, было очевидно, что гиганта не слишком устраивает текущее положение дел.
И, в общем, это было вполне понятно. Сидеть и морозить мягкие места посреди большого «ничего» нельзя было назвать хорошим времяпрепровождением.

- Уже успела освоится в этой дыре?

Более точного описания того места, что играло для группы учёных и студентов роль лагеря и искать не нужно. Во-первых, потому что это реально была дыра в холме, а во-вторых, она правда была не очень хорошей. Её заносило, из-за чего потом приходилось расчищать место до и во время остановки здесь (зимой, по крайней мере), она была довольно далеко от основных поселений на острове и окружающая местность была бедна на растительность. Так что да…

- …она не очень хорошая. – честно призналась Келин. – Но всё же лучше, чем на открытой местности.

Её собеседник, тем временем, вернулся к рассматриванию далёкой туманной стены. Словно ждал, что что-то оттуда вылезет. Рано или поздно. Что-то всегда оттуда вылезает – это не обсуждалось. Вопрос в том – что? И надолго ли?

Он ждал чего-то такого?

Или же…

- ...кто-то съел все таблетки от кашля. – произнесла Келин, не зная, как будет лучше продолжить разговор. Так что, она решила поделиться наблюдениями от осмотра их скромных запасов. – Сладкие такие, таблетки. Которые рассасывают.

Почему таблетки? Из всех вещей, которые стоило бы упомянуть, почему она начала именно с таблеток?

«Хватит съедать все леденцы от кашля! Это медикаменты, лекарства! Ими лечатся! Хотите сладостей – сходите в кондитерскую, а не воруйте сироп из аптечки!..»

- …а ещё вчера кофе закончился. – добавила девочка, помотав головой. К чему это всё…

В общем-то, кроме этого ничего не пропало. Еды хватало, питья тоже, топлива для печки… лекарств, на случай, если кто-то навернётся обо что-то (или кого-то). Они пришли достаточно подготовленными для наблюдательной миссии. Переживать по поводу нехватки припасов не приходилось.

- Почему… почему мы здесь? – наконец решилась спросить ассистентка. – Мы чего-то ждём?..

+1

5

Он все ждал, что она оступится. Не в том плане, что случайно заденет ногой камень и рухнит кубарем вниз по холму, а затем через поле, после этого с обрыва и плюх в воду, нет. Скорее, что скажет что-то, что мало подойдет для “обычного человека”, но выдаст в ней желающее сожрать чужие мозги чудовище. Постепенно, когда проводишь слишком времени в раздумьях над каким-то вопросом, начинаешь верить в одну и ту же версию, раз за разом возвращаясь к ней и, не зная, какая именно Келин вернулась из туманов, куда проще было верить в то, что это на самом деле монстр. Убеждение это хромало, правда, под действием эмоций, проявляющихся в случаях, когда у тебя на руках не бумаги с отчетами, а живой человек. Наверное, человек.
Говорила, дышала и двигалась она, по крайней мере, как обычный ребенок. Такой же, каким ее запомнил Орр перед последним ее отбытием. В конце концов, у него-то не было мучительных воспоминаний, не было ужаса от созерцания ее трупа или момента, когда ее затаскивают в туманы. В какой-то момент просто пришли новости о том, что вся группа вместе с ней пропала, и юноша с темной кожей просто кивнул. Это уже было привычно. “Не вернулись” - все описание, которое требовалось.
Концентрироваться на своих мыслях удавалось ровно до того момента, пока снова не открывала рот. В этом случае черная недвижимая фигура начинала подавать еле уловимые признаки жизни, правда, “еле уловимые” стоило назвать преувеличением. В основном он молчал, только немного приподнял голову, стоило Келин сказать про конфеты, перемещая взгляд с точки вдалеке на что-то, что было видно только ему самому. Конфеты от кашля. Он редко болел с кашлем, потому что костюм был достаточно теплым и хорошо закрывал горло, дабы его нельзя было застудить. Да и часто пил горячие напитки, чтобы, опять же, согреть это самое больное горло в случае чего. Например, кофе... Да. Кофе было бы неплохо-...
- ...а еще вчера закончился кофе. - черепную коробку Кинваба заполонил внутренний крик, полный отчаяния и неприятия реальности, слышимый, правда, ему одному.
- Вот как. - ответил совершенно безличностно Кинваб, стараясь не думать о том, что теперь придется выжирать свои запасы и наверняка делиться ими. Университетский кофе был не так уж плох, но свое варево Орр таскал исключительно для себя. Теперь же, если кто-то увидит его с кружкой темного напитка, к его палатке выстроится целая вереница сонных профессоров, студентов и прочих личностей, что забрели в эту даль.
Ну или, как вариант, можно было отправиться до ближайшего поселения. Которое было далеко. Но относительно близко. Ближе Мальтерна, в конце концов, уж точно, в разы ближе.
Еще одна фраза. Вопрос.
- ...почему мы здесь?
- Чтобы страдать. - тихо и будто про себя отвечает Орр на автомате, втайне надеясь, что это было слишком тихо, чтобы слова могли покинуть его шлем. Тем не менее, эта своеобразная шутка заставила его оживиться. Мрачный юмор был той вещью, что скреплял обратно расшатанные нервы, и сейчас человек в черном скафандре, которого обычно в этом лагере называли просто “Профессор”, повернул снова голову к девочке и взглянул на нее сквозь единственный вытянутый окуляр шлема.
- Мы здесь, чтобы наблюдать за двумя явлениями. Но одно опаздывает, а второе случится только через пару недель. По плану. - с этой фразой голова его повернулась обратно к туманам, но на этот раз сгорбленная спина чуть выпрямилась, а сам Орр почувствовал, как позвонки на уровне шеи начинают хрустеть. С этим же движением оживился и сам Орр, не только его шея, потому как обе руки вытянулись вперед, сплетясь пальцами, а затем хрустнули и запястьями. Но, самое главное, хвост. Незаметный, оплетающий тело так, что не сразу можно было его найти, он резко скользнул по темному наряду Кинваба, а затем точно так же вытянулся в сторону и встал трубой. Будто и этот механический орган человек в костюме имел привычку растягивать, если подолгу стоял на месте.
- Так что. Мы просто бьем баклуши. - ничуть не стесняясь суровой правды жизни, ответил Кинваб, повторяя те же самые слова, что сказал когда-то давно. И, заложив руки за спину, взглянул опять на Келин сверху вниз.
- Не помню чтобы среди наших кто-то заболевал. Уверена, что те таблетки не решили взять ну, кхм, потому что они сладкие? - высказал предположение человек в черном, видимо, пытаясь поддержать диалог.

+1

6

Вздох.

«Я тебя слышу, знаешь ли.»

Чёрный юмор. Иногда им баловались студенты, иногда – профессора и исследователи. Первые – дабы покрасоваться, а вторые – дабы держать под контролем расшатанную Туманами психику. Ну, последние, по крайней мере, были замечены за этим больше, чем первые двое. И, в общем-то, это было понятно. После увиденного по другую сторону завесы научишься хвататься за любую соломинку, которая позволит тебе держаться на плаву, пусть даже это будет безвкусный юмор.

Тем не менее, присмотрись Орр внимательнее, он мог бы разглядеть на губах Келин едва заметную улыбку. Безвкусица-безвкусицей, а ведь, чёрт возьми, верно подметил…

Дальше последовало объяснение, что же они тут всё-таки делают. Оказывается, ждут. В обеих случаях, события немного запаздывали. Что не могло не расстраивать. В какой-то степени.

- …Уверена, что те таблетки не решили взять ну, кхм, потому что они сладкие? – возвращаясь к теме пропавших таблеток, сделал предположение бронированный циклоп. Реакция со стороны девочки последовала незамедлительно.
- Уверена, что именно поэтому их и взяли. – вздохнула Келин, потерев пальцами переносицу. – И это меня раздражает. Потому что это всё-таки лекарства, а не сладости.

Спорить с кем-либо на эту тему было бесполезно. И неважно, что куча других лекарств на вкус были сладкими, но уже не такими безопасными при злоупотреблении. А всё из-за глупых людей, которые почему-то решили, что съесть кучу вкусных таблеток было неплохим способом поднять себе настроение, только чтобы потом лежать в медкабинете и ждать промывания желудка, в лучшем случае. И ничему ведь не учатся, чтоб их…

- ...напоминает мне об Университете. Точно такие же таблетки готовила в качестве задания, когда я ещё училась, а утром их кто-то съел… - кислая улыбка на лице девочки выдавала смешанные эмоции по поводу описываемых событий. – Пришлось их заново готовить, в ударных темпах… Спасибо Карин, выручила.

Ещё один вздох. Улыбка медленно исчезла с лица девочки, уступив место глубокой задумчивости. Кажется, немая (теперь уже) докторша работала в Университете. Она её даже видела. Пару раз… правда, подойти и поздороваться не хватило духу.

Люди обычно пугаются, когда мёртвые говорят «Приветик». Или ещё что-нибудь вытворяют. Из-за чего в итоге мёртвые и живые оказываются в весьма неловкой ситуации.

+1

7

Он отвлекался. Ну, по крайней мере, тщательно пытался отвлечься от разговора, задумавшись о вещах, которые действительно должны были волновать. Все ли с ней в порядке, действительно ли это та сама Келин, помнит ли она о нем, помнит ли она вообще о чем-нибудь? Первая ее реплика не дала нужного ответа. Только натолкнула на мысли о том, что, наверное, нужно дать пинков. Много-много, тому, кто явно не кашляет, но при этом имеет в запасе у себя кучу леденцов. Мысль эта заставила Кинваба задумчиво вернуться к созерцанию горизонта, потому как думать о пинках, глядя на Келин, было довольно странновато. В конце концов, заболевших в лагере действительно не было. Орр знал парочку людей, которые могли бы заболеть, учитывая, что у них не было шарфов, но все же. Значит, действительно сладости. И, значит, свой запас шоколада, который входил в паек для экспедиций, эти сладкоежки уже выжрали.
Тяжелый вздох, с опускающимися плечами, стоило Келин завершить свои слова тем же самым выводом, что сделал и человек в шлеме. Если  бы ее рот не открылся, Орр бы подхватил диалог. Может, сказал какую-нибудь глупость. Или, напротив, что-то серьезное, например, что выдаст сто ударов плетей тому, кто решил заграбастать себе леденцы от кашля. НО вместо этого промолчал.
Воспоминания, особенно чужие, задевали. Задевали сильно, притом, с обоих фронтов, с одной стороны подговаривая к мысли о том ,что все-таки это была та самая Келин, с другой стороны напоминая о том, что после ее возвращения вряд ли найдется много людей, кто ей бы обрадовался. Дело было не в Келин, опять же, как таковой. Она-то была милой пусечкой, коих еще надо было поискать. Даже сейчас Кин готов был ее поднять на руки, заобнимать и угостить мороженым, если бы позволил себе меньше сдержанности, чем обычно. Ее образ располагал к подобному отношению. Как и ее поведение.
Вопрос был исключительно в факте возвращения. Когда ты возвращаешься не такой, каким ушел. Или возвращаешься слишком поздно. Он помнил эти взгляды, когда пришел в Университет с кустарным костылем и без плоти и костей ниже колена. С подвернутой штаниной так, чтобы остатки ноги не виднелись из под ткани. Ощущение того , что что-то уже не вернуть, и осталось оно в Туманах, было чертовски паршивым, а странные взгляды только заставляли появляться мысль, что вот тот самый Кинваб, который уходил, уже не вернется. А вместо него пришел Кинваб другой. Хмурый. Бледный. И без ноги. У Келин по крайней мере была нога. Но не было половины себя, которую забрало странноватое существо, в которое она теперь превращалась.
Безусловно. Каждый что-то терял. Ни девочка рядом с Орром, ни сам Орр, ни Карин, уже не вернут той части себя. Вопрос был только в том, что они найдут теперь.
- Кхм. - он откашлялся. Негромко, но заметно, после чего повернул голову и снова обхватил туловище хвостом, а руки скрестил на груди, так, будто все еще чувствовал холод под своим скафандром.
- У меня появился план. Составишь мне компанию через пару минут на выходе из лагеря? - задает вопрос человек в шлеме, чьего лица Келин даже ни разу не видела – потому что действительно не видела позврослевшего Орра. Только молодого, смуглого, с шевелюрой черной и вьющейся.
И, получив ответ, он лишь кивнул. А затем бросил фразу, значащую довольно мало:
- Я возьму пару вещей и буду ждать снаружи. -
Наконец-то сдвинулся с места. В сторону своей палатки. Ему нужен был револьвер. Два. И нож. Нет, они не шли на охоту. Но если ты сидишь на Кайматсу и ждешь у моря погоды, рано или поздно тебе точно пригодится револьвер. А лучше два. И Орр знал какие именно взять.

+1

8

“Это действительно он?” – подумалось Келин при взгляде на человека, который некогда был Кинвабом Орром. Наверное. Больше в составе экспедиции людей с таким именем не было, как и Орров без скафандра. Наверное. Когда-то давно, этак лет двадцать назад, точно был им. Когда они только выпустились из Университета, были полны полны сил, энергии и энтузиазма. Тогда всё было… менее запутанным  что ли. И куда более простым.

Сейчас… сейчас ничего не было ясно.

С другой стороны, они хотя бы были живы. И более-менее в порядке, насколько это возможно. Это было несомненным плюсом.

-А? – вопрос застал Келин врасплох, из-за чего та заметно вздрогнула, когда Орр его озвучил, выдав бессвязное согласие куда-то в спину человеку в бронекостюме. – А-ум-э-даконечно…

Она затем взглядом проводила его в сторону его палатки, после чего, задумчиво почесав затылок, развернулась и направилась в сторону общей палатки, где ютились студенты и ассистенты. Нужно было выудить пару вещей, прежде чем отправляться с “профессором” (было как-то странно называть его так)… куда-то. Куда он там собрался уходить.

Свою сумку с лекарствами, бинтами и прочими принадлежностями она нашла достаточно быстро. Как и сигнальный пистолет. Просто на всякий пожарный.

А то мало ли…

Найти стоявшего у входа в лагерь Орра было несложно (внушительную и устрашающую фигуру в чёрном ещё нужно было постараться не заметить!). Как и ему, впрочем, заметить движущуюся в его сторону небольшую девочку в зимней одежде и с наплечной сумкой. Оказавшись возле него, Келин передёрнула ремень сумки, будто бы на пробу, и взглянула на старшего товарища.

-У меня всё. – коротко ответила она о своей готовности. – А… куда мы идём?..

+1

9

Зима Кайматсу была штукой суровой. В летние и весенние дни здесь было зелено-зелено. Много растительности, много покрытых лесами скал, много камней, обвитых плющем. Осень заставляла этот остров сереть, на короткий промежуток окрашивая его в желтоватые цвета, но стоило ударять первым холодам, цвета терялись на Кайматсу. Словно кто-то разливал растворитель по земле, покрывая им весь остров, вплоть до Мальтерна и Белле. А на смену цветам приходил ветер, дующий с востока. Холодный, мерзкий и беспощадный. Его же Орр и ощутил, стоило ему выйти из палатки, на ходу проверяя свои припасы.
Пледа на его плечах уже не было. Хвост вился за спиной при каждом шаге, помогая поддерживать равновесие, пока руки рылись в небольшой котомке, доставая из нее не так уж много предметов и рассовывая их по своим местам. Первыми были пушки. Револьверы. Заряженные, но выставленные на предохранители, они тут же были засунуты в кобуры, каждый на свое место, и хотя они слегка отличались друг от друга, Кин без проблем разобрался какой из них стоит положить в левую, а какой в правую. Правый для прицельных выстрелов, для того, чтобы убивать. Левый для того, чтобы отпугивать. Его патроны были заряжены капсюлями с зарядами, которые вообще использовались для сигнальных огней. Но вряд ли им потребуется вызывать помощь. Скорее, если и придется его использовать, то больше для какой-нибудь заблудшей твари.
Затем нож. Нож в сапог. Еще один – на пояс. Никогда не бывает лишних ножей. Эта мысль родилась в голове Орра уже давно, хотя бы потому, что для него это были его когти. И одного было мало. Их выбивают, их ломают, их едят, что случалось, правда, только один раз, но и этого хватало, чтобы в какой-то момент Кинваб начал таскать с собой по два экземпляра каждого оружия и каждой вещицы. Кроме фляги. Она осталась в котомке, закинутой на плечо, стоило профессору поднять голову и остановиться на выходе из лагеря.
Это было небольшое возвышение. Часть холма, нетронутая неназванным чудовищем, заставляющая взбираться чуть выше и бросать взгляд на перелесок, в котором не было ни капли зелени. Только извивающиеся стволы агонирующих деревьев, застывших в попытке дотянуться до темнеющего неба без единого просвета солнца. И холод. Кинваб медленно втянул его сквозь фильтры маски на своем лице и почувствовал знакомую свежесть местной зимы, заставляющей легкие трещать от каждого вздоха в особо суровые ночи.
Но сейчас была не ночь. День. И у них было полно времени.
Он обернулся на ее голос, придерживая левой рукой котомку за спиной. Вряд ли им бы понадобилась какая-то дополнительная сумка, но никогда не знаешь, что найдешь на Кайматсу. По крайней мере Кинваб знал, зачем идет, но и рассказать это Келин вполне можно было бы. Не говоря уже о том, что люди  в масках, уклоняющиеся от ответа на прямые вопросы, это страшновато. И пугать ее Орр не хотел.
- Вниз, под холм. - задал направление мужчина, покачивая хвостом отправляясь в путь по склону, вниз. Неторопливо, передвигая ноги так, будто прогуливался, не торопясь и стараясь не повышать скорость до уровня своего обычного целенаправленного шага, что был заметен в коридорах Университета.
- Если нашим коллегам не хватает сладостей и они тащат медикаменты, можно, конечно, накидать слабительного в запасы леденцов от кашля. - начал Кинваб, постаравшись говорить так, чтобы его голос был слышен девице за его спиной – Но, мне кажется, куда проще будет раздобыть аналог и распространить его. -
Шаг за шагом. Сначала склон. Затем постепенно выравнивающаяся земля, вплоть до появления корешков от застывших кустов в земле, что усохли с приходом холодов. Как усыхали все местные растения, решившие запастись и переждать зиму, искореженные, словно жертвы пыток. Стволы гнулись, ветки вытягивались, кора покрывалась белесыми прожилками, выделяющимися на фоне сероватого покрова. Редкий снег, белый и от того выглядящий лишним, лежал меж деревьев и их корней, стоило Кинвабу и Келин спуститься со склона. И они не останавливались, они шли вперед. Иногда останавливались, чтобы Орр мог оглядеться, но двигались все дальше и дальше, изредка заворачивая.
- Наконец-то. - раздалось в какой-то момент из шлема Кинваба, после чего тот зашагал к одному из стволов, что был куда толще обычных деревьев, после чего принялся его обходить по кругу и, стоило ему найти что-то, добавил – Подойди сюда. -
Он держал в руке... Корень? Длинный, тянущийся от земли вверх по стволу, напоминающий змею и уходящий далеко-далеко наверх, к самой кроне древа, что напоминало распростертую пятерню, по которой полз застывший сероватый червь. Червя, видимо, Кинваб и хотел забрать с собой, потому как несколькими движениями отодрал его от ствола, заставляя порваться тоненькие ниточки, на которых корень или лиана держался.
А затем человек в черном достал нож.
Удар был... Медленным. Лезвие осторожно ткнуло мягкую на вид поверхность растения, посеревшего, как и весь Кайматсу, всковырнуло ранку и из нее полилась кровь. Не то чтобы не было ясно, что это явно сок, но жидкость была вязкой и багряной, выглядящей жутковато. Но не для Кинваба, позволившего нескольким каплям лечь на лезвие ножа, после чего отпустил засохшую на первый взгляд лиану и, приподняв маску, слизнул красноватую жидкость.
Все тот же смугловатый подбородок. Скромненькая бородка, тщательно подстригаемая. Шрам, что-то новенькое, над губой, тянущийся вверх. И острый язык, легким движением отправивший красные капли в рот, после чего губы плотно сжимаются. Слышен звук сглатываемой слюны.
Нож снова вонзается в белесого червя, на этот раз отрезая куда больше, перебивая его и позволяя Орру разорвать растение надвое, после чего тот опускает маску обратно и протягивает часть кровоточащей, уходящей высоко вверх, лианы Келин.
- Местные запасаются этими растениями на зиму. - начинает Кин, скидывая попутно котомку на землю, из которой собирался достать флягу – К холодам их сок застывает, но если он еще не затвердел, то его легко собрать. -
Красная жидкость собиралась в капли и, словно смола, тягуче падала вниз. Действительно, напоминала кровь. Но, кажется, Кинваба это сравнение нисколько не смущала.
- Его называют патоковым пальцем. Но я не уверен в правильности перевода. - попытался продолжить Орр, поднося флягу. Кажется, ему хотелось продолжить. Ну или хоть немного поговорить. Необязательно о местной фауне. О чем-нибудь. Потому что сходить за этой штуковиной он явно мог и сам. Один. И точно так же мог бы, опустившись на колено ,собирать застывающий сок во флягу.

0

10

Вообще, предложение Орра звучало вполне логично и, в целом, было неплохим решением их проблемы сладкоежек. Нужно просто найти им другие сладости. И, кажется, профессор точно знал, где эти сладости можно найти. Судя по всему, они были рядом, раз уж им не пришлось брать с собой ещё людей. И это… успокаивало. Ходить куда-то далеко лишь из-за того, чтобы накормить алкающих сладкого студентов было… рискованно. И глупо, если честно.

Если Орр, как ответственный, взрослый человек, спустился по склону, как и подобает взрослым, ответственным людям, то Келин решила сделать иначе. Точнее, попавшаяся под ногу льдинка решила за неё. Поскользнувшись, девочка весьма эффектно скатилась со склона холма на своей пятой точке, умудрившись ничего при этом не порвать – видимо, под снегом ничего не было. И хорошо. Старший коллега, обернувшись, увидел лишь снежный след на холме и осторожно потирающую свою спину Келин. Которая, стоило ей немножко прийти в себя после незапланированного быстрого спуска, тут же последовала хвостиком за Кинвабом.

Довольно скоро они оказались… у леса. Ну, перелеска. Сейчас лесом это было сложно назвать, поскольку от цветущих деревьев остались лишь корчащиеся стволы, тихонько пережидающие зиму в спячке. Что, в общем-то, не делало их более привлекательными. Тем не менее, картина спящего зимнего леса была довольно… умиротворяющей что ли. Ещё немного снега – и было бы в самый раз…

Впрочем, они сюда пришли не любоваться пейзажами.

Пришли они за сладким. Которое таилось в сероватых лианах, одну из которых Орр принялся потрошить на глазах у Келин. И, по правде говоря, когда из вспоротого плюща потёк красноватый сок, девочка не могла так просто выкинуть из головы ассоциации с другой красной жидкостью. Из-за чего она немного не сразу отреагировала, когда половина корня оказалась у неё в руках.

- А?.. А. А! А-а-а… Ой. – вздрогнув, попытавшись поймать попавший ей в руки стебель и затем крепко сжав его, настолько, что из него вышло ещё больше сока, который стекал уже на перчатки и рукава девочки, Келин осторожно осмотрела трофей. Затем принюхалась, улавливая в морозном воздухе сладковатые нотки. После чего осторожно слизнула одну из капель, не успевших впитаться в перчатку. – Хм, да, сладенькое…

Она бросила короткий взгляд на Кинваба. Конечно, она видела, как тот приподнял маску. Видела, что под ней было, хоть и недолго. Но ничего не сказала. Вместо этого, она взглянула на Орра и, послушав его комментарий о растении, решила, на всякий случай, уточнить.

- По-моему, у него несколько названий. – пожала плечами Келин. – В одной деревне его называют патоковым пальцем, в другой костяной змеёй… Где-то вообще его называют сладкокровкой. Из-за сока, преимущественно.

Она, перед и во время поездки всё-таки прочитала справочник по растениям Кайматсу. Чтиво увлекательное, но по-настоящему опасных растений на острове было не так уж и много. Так что, ни одна, ни другой не рисковали отравиться. И это радовало.

- …чья идея была подарить т-кхм-тебе хвост? – опустив сумку в снег, Келин выудила оттуда несколько пустых склянок, после чего подошла к Орру поближе, после чего положила в снег другие, а оставшуюся в руках поднесла к кровоточащему корню. – И… как он держится?

+1

11

Неплохой отдых. Не в плане лежания на пляже с попиванием коктейлей, хотя и от пляжей Офелии Орр бы сейчас не отказался. Зимой море на нем не замерзало из-за соли, да и песчаные пляжи зимой выглядели довольно красиво, с холодным ветром и этой пустотой. Успокаивающей. Леса Кайматсу тоже, в целом, были местами спокойными. Туманники не были, в конце концов, тварями, желающими уничтожить все живое – в каком-то смысле они были таким же зверьем, что местные волки или олени, только слегка измененными. Так что даже ближе к стене тумана не было никаких разрушений в виде поваленных деревьев или взрытых холмов. ПО крайней мере, они не встречались часто. Будто даже местные гости повиновались законам природы, как им повиновались двое, забредшие в глухомань.
И обсуждавшие названия.
- Сколько людей – столько и мнений. - задумчиво согласился человек в маске, все еще держа на ватянутой руке флягу, в которую постепенно набирался густой сок. Теперь он меньше был похож на кровь – только цветом. Жидкость из человеческих тел была не такой вязкой, эта же больше напоминала мед по своему составу. Притом, цветочный. Достаточно густой, чтобы тянуться, но недостаточно, чтобы застывать словно нерастопленное масло.
Незаметно, она перешла на ты. Орр уже давно заметил, что сам общается с ней без вежливого обращения, как принято с коллегами. Может, видимый возраст играл свою шутку. Может, мозг подсказывал, что это все та же Келин и отказывался видеть в ней безликого ассистента. Не то чтобы ассистенты были безликими. Кинваб помнил лица всех, кто задерживался с ним на больше чем одну экспедицию. Лицо Келин он помнил четко. Оно же сейчас было и у создания, что стояло рядом.
Кажется, сердце будто сцепило.
Быстрая мысль, рожденная вопросом девочки. Не самим вопросом, интонацией, наверное. Она задавала его так, будто помнила Орра. Помнила и хотела узнать, что изменилось за последнее время. Почему он носит маску. Как появился хвост. Много вещей. Это был разговор двух людей, встретившихся в баре спустя несколько лет, когда один у другого подглядел в бумажнике фотографию детей и жены. Или мужа. Слишком много воды утекло с тех пор, но они все еще знают друг друга, все еще помнят какие-то вещи, которые были давно. Кинваб чувствовал, как постепенно чаша весов опускается в ту сторону, где Келин была человеком. Не чудовищем, но человеком, по-настоящему вернувшимся из Туманов.
- мм? Это была идея Салли. - проверка, произнесенная с ноткой... Грусти? Как будто речь шла о ком-то, кто уже в могиле, хотя, в действительности, Цукерманн была жива и здорова. Та самая, что любила железки куда больше Орра. Да. Пусть это будет проверка. Проверка на память, на воспоминания, которых быть не должно у того, кто прожил всю жизнь в туманах.
Непонятно только было, зачем. Зачем дальше задавать вопросы и подозревать? То есть, конечно, да, безопасность, все дела. Но это было трудно. Чертовски трудно. И мысль о том, что туманные твари могут легко принимать обличье других людей была даже не пугающей. Она попахивала ломающим разум безумием. Прежде чем Орр, правда, ответил на другой вопрос, человек в плаще слегка дернулся и убрал флягу от корня – та переполнилась, часть сока попала на перчатку, заставляя мужчину тихо выругаться и засунуть руку в карман штанов.
Ему просто был нужен платок.
- Немного ремней, немного манипуляторов. - короткий ответ, в котором не было “немного игл”. Та вещь, что действительно держала эту штуку, но вдаваться в подобные подробности Кинваб отказывался просто по той причине, что это было мерзко. Все его тело можно было назвать мерзким из-за обилия шрамов, металлов и просто большого количества ментального самобичевания на квадратный сантиметр. Поэтому, без подробностей. Без вопросов, без уточнений.
Он достает платок, вытирает перчатку, оставляя на белой ткани следы красные, но сочетающиеся скорее по цвету с вишневым соком, чем с запекающейся кровью. Чем больше смотришь на все эти детали, тем меньше эта субстанция напоминала результат неосторожного пореза. Сладковатый аромат был только первой ступенькой. Последней, вероятно, было то самое попивание сока из горла, как это делал Кин, но сейчас он был слишком занят перчаткой. А затем пробкой. И оглядыванием того, в сколько склянок Келин собирается набрать эту сладковатую жидкость. Желе. Мед? Сладковатую субстанцию. Да, так проще.
- Дай мне парочку, немного помогу. - протянув левую руку, произносит мужчина, смотря сквозь окуляр шлема на девицу, потому как свою флягу он уже заполнил. И повесил на пояс за тот же ремешок, на котором она держалась.

+1

12

- Ага. Описывать всё это, впрочем, легче не становится. - вздохнула Келин. Но особо развивать этутему дальше не стала. Они собирали сейчас урожай вкусного сока и этого было достаточно. Может, когда-нибудь, когда она захочет открыть кондитерскую лавку, она захочет знать точное название этого чудо-корня... но это потом.

Сейчас в лесу были только она с Орром. В настоящем. Не в прошлом.

- Салли, а? - память Келин была не в лучшей форме, но девочку-механика она помнила достаточно хорошо. Её мания к различного рода механическим штукам, впрочем, запомнилась куда лучше её имени. - Салли... Цукерманн, да?..

Звоночек. Или не звоночек. Скрежет проржавевших шестерней в старом механизме, которые, спустя годы простоя и отсутствия должного ухода, пришли в движение. С большим трудом. Словно большой, тяжёлый и тёплый слизень, вынужденный сменить место отдыха, оставляющей за собой ощущение пустоты и холода, быстро пррходящие на место тёплой, туманной завесе. Разум цеплялся за слова, имена, связывая их между собой, возобновляя старые связи... или же строя новые? Цукерманн вообще хотела становится механиком? Или же она собиралась в исследователи?..

- Ей... Где... она сейчас? С ней всё хорошо?.. - не нужно было быть знатоком человеческих чувств и эмоций, чтобы понять, что волнение в голосе Келин было вполне настоящим. Словно она подозревала, что со старой знакомой могло случится что-то нехорошее, но вот что? Она не знала. - Она ведь... собиралась на Нук... кажется...

Память подводила Келин. Воспоминания о том, что же случилось перед тем несчатным полётом были расплывчатыми. Неполными. Кажется, их группа ненадолго разошлась. Салли... хотела навестить родственников (или то были друзья?) на Нуке, Карин с головой ушла в практику, её и Орра распределили в разные экспедиции. Кажется, его должна была отправиться позже... или раньше? Келин коснулась виска кончиками пальцев и помотала головой, прогоняя эти странные мысли. Недостаток информации угнетал. Сильно так. Пребывая в глубокой задумчивости, Келин не заметила, как размазала на виске и лице пятна от попавшего на перчатку вязкого сока.

- А... вот оно как... - она решила не уточнять. Не потому что это могло быть что-то мерзкое - на всякие мерзости они с Карин насмотрелись ещё в годы учёбы... и свою долю мерзостей Келин повидала ещё в Туманах. Пока была "собой" там. Просто... ей казалось, что о таких вещах вряд ли стоит подробно расспрашивать вот так вот сразу. Разумеется, ей хотелось бы знать, всё ли в порядке с Орром, с остальными... но покс для этого ещё было слишком рано... пока что.

Пока что...

- О-оу... Спасибо. - Помощь была бы очень кстати. Так они управятся быстрее. И сок окажется в лагере раньше. И больше никто не будет воровать леденцы от кашля. Келин, наполнив свою фляжку и быстренько закупорив её, протянула ему одну из пустых фляжек. В поле зрения, вместе с рукой Кинваба оказалась её рука, рядом со здоровенной ручищей казавшаяся совсем маленькой. Хотя, на деле, настолько миниатюрной она никогда не была. Девочка моргнуула пару раз, задумалась, после чего наконец произнесла то, что было у неё на уме уже давно...

- А ты вырос, Кин.

Мгновение. Второе. В процессе обдумывания только что сказанного, лицо Келин постепенно приобрело выражение некой растерянности. Это было явно не то, что она хотела сказать. По крайней мере, она это хотела сказать не так.

Но, как говорится, "слово - не воробей"...

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

13

Постепенно, эта сцена выравнивалась. Она все больше и больше напоминала встречу двух старых друзей, не смотря на то, чтобы оба присутствовавших тащили за своей спиной невероятный багаж из последствий и ответственности за свои решения. Слишком легка была эта атмосфера замерзшего леса и тишина возле границы Туманов. Наверное, так и должно быть. У Кинваба было несколько вариантов, как устроить эту встречу. Ворваться в ту часть Университета, где нашли Келин, когда та обратилась. Или затребовать визита в момент работы. Придумать какой-нибудь вычурный сценарий. Но, в конце концов, все это казалось... Наигранным, что ли. Никто из них больше не был похож на идеалиста. А с течением времени изменения стали разительными и не обошли ни его, ни ее.
Меньше радости. Меньше визга. Меньше неуемного веселья. Много тишины. Мало слов.
- Она в порядке. - соврал Кин, тут же добавляя, будто хотел убедить самого себя – В порядке. -
Правая рука чуть сильнее согнула пальцы, на мгновение, расслабляясь. Мысли о Цукерманн обычно приводили к небольшим сбоям. К искрам, проходящим сквозь металл в тех местах, где он соприкасался с плотью. Вызывал желание дышать глубже. Покалывание в пальцах, которых уже не было. Неприятные ощущения. И ведь не то чтобы он не любил Салли. Она была милой. Со временем стала даже милее, если обращать внимание только на характер, а не на внешность, способную отпугнуть. И, в возрасте Кина, на характер обращаешь куда больше внимания. Внешность же... Стоило опустить веки, чтобы вспомнить ее движения. И манеры. Редкую улыбку. Редкую, как алмазы.
- Растеряла немного, пока годы шли. Но мы все там были. - со странноватым акцентом и немного рваной манерой речи ббудто про себя заметил Орр, в чьем теле металла было все же меньше.
И снова тишина. Не с ее стороны. С его. Он мало говорил. Практически всегда молчал, за исключением занятий или лекций. Но лекции были редки. Практические занятия куда чаще. Экспедиции куда чаще. Разговоры, идущие между двумя сущностями, редко. Если Кинваб говорил много, он делал это так, будто общался сам с собой. Сам себе рассказывал перед аудиторией о том, как важно исследователь материалы еще до начала экспедиций. Подготовиться не только в планах припасов, но и в плане знаний, ведь пайки закончатся, а память – нет. Это не требовало сил, просто потому что он был один.
Сейчас же говорить с кем-то было... Утомляюще. Словно из него тянули жилы. Медленно, с каждым словом. И с каждым словом его становилось чуть меньше, пока не оставалась только пустая оболчка, сидящая в лагере на раскладной кровати. Сложившая локти на колени, сгорбившая спину. Смотрящая в пустоту. Одним единственным взглядом.
Он не сразу ответил на ее слова. Казалось, прошло очень много времени, как голос Келин опять раздался, отмечая возраст. Нет, даже не возраст. Рост. Она видела лишь толику лица, меньше половины. Не видела седин. Не видела шрамов. Не видела уставшего выражения лица. Под маской угадывалось, что практически всегда веки его немного прикрыты, а на лице обычно запечетлена маска хмурая, разочарованная. Так выглядят люди, которым уже трудно найти что-то новое. Или же трудно это новое проглотить. Принять для себя. Не потому что оно было колким на вид, а потому что уже не веришь в свои силы.
Самое главное было не в этом самобичевании, правда. А в мысли “Она помнит”.
Если бы маска могла менять выражение лица, оно бы поменялось. Но металл оставался неподвижным. Только вытянутое фиолетовое око слегка изменило угол наклона и будто внимательнее взглянуло на Келин, стоило Орру повернуть голову. Без слов, правда. Он не знал, что ответить. Может, и не надо было. Может, надо было держать в голове мысль о том, что она все еще может быть чудищем. Может, надо было сделать что-то менее... Личное, что ли.
Но он поднял руку. Положил ладонь в темной кожаной перчатке на голову. Келин. На шапку, прикрывающую вьющиеся непослушные волосы, вечно растрепанные и никогда не держащиеся в стройном порядке. Сквозь кожу не чувствовались тактильные ощущения, но он знал, что она теплая. Макушка под шапкой. И что мягкая. Пятерня не задержалась надолго. Просто похлопала Келин пару раз.
- Я скучал по тебе. -
Такие слова говорят любовникам и любовницам. А еще друзьям. Тем, кого давно не видел, очень давно. Любовники потом получают поцелуи. Жаркие, страстные, интимные. Друзья же... Ну, их перестают трепать по голове, а голову возвращают обратно к стволу дерева. И к склянке, почти заполнившейся. По крайней мере, большая ее часть, но и этого бы хватило.
Он положил ладонь на колено, уперся в него. И приподнялся. Было больно. Не остро, как будто ударился. Скорее, ощущение, что из тебя что-то медленно вытягивают, просто стало более осязаемым. Хвост слегка дернулся, стоило Кину выпрямить спину. А затем приподнялся над землей, будто подтверждая готовность профессора двигаться.
- Пойдем. Наверное, нам уже стоит вернуться в лагерь. -
И все-таки он говорил мало.

+1

14

А затем последовали объятия.

Не со стороны Орра, впрочем. Скорее, прежде чем тот смог встать, плавным движением шею Кинваба обвили чужие руки, после чего в его плечо уткнулась голова Келин, выскользнув из-под его руки. Девочка оказалась совсем близко к мужчине, вытянувшись на носочках, чтобы захватить ускользавшего от неё Орра, что привело к тому, что та практически повисла на нём. Затем Келин мягко потёрлась о металлическую маску друга, пошуршав волосами, после чего тяжело выдохнула.

-Я… я тоже скучала. – голос Келин предательски задрожал, после чего девочка вжалась в Кинваба сильнее. – По тебе. П-по всем вам…

Она обняла друга покрепче, будто опасаясь, что он в любой момент может исчезнуть. Распасться облачком, например. Потому что сейчас всё было слишком… прекрасным, чтобы быть правдой. И, если честно, Келин была готова к тому, что вот она откроет глаза и вокруг неё вновь будет Туман. И никого вокруг. Ничего больше.

…но, ничего не случилось.

Когда Келин открыла глаза, она всё ещё висела на шее у Орра. Который никуда не исчез. Как не исчезли лес, снег, холод и сумка с фляжками. Всё было на своих местах…

…а потом она всё-таки поняла, что висит на Кинвабе. И обнимает его. В наглую. И, наконец, отпустила его.

-А. А-ха-ха-а… Ээ… Аа… - Келин сломалась. Не в том смысле, что тронулась умом, но в том смысле, что на её лице сейчас можно было наблюдать удивительную смесь счастья, стыда, растерянности и смущения одновременно. Но больше, конечно, стыда. Или смущения. Или чего-то ещё. В общем, после недавнего импульса девочке было как-то не очень.

- Ээм… простипожалуйстаянеспециально… - быстро промямлила Келин, после чего натянула свою шапку посильнее и склонила голову вниз. За импульсы, что в бытие студентом, что сейчас, было стыдно.

Очень, очень стыдно.

+1

15

Нападение вышло внезапным, стремительным и беспощадным. Нет, Кинваба и Келин не загрызли внезапные туманные волки. Просто называть эти внезапные объятия как-то иначе, кроме как “Нападение” у Орра  не удавалось, учитывая, что малышка действительно чуть не сбила его с ног, успешно подгадав тот самый момент, когда лишить профессора равновесия было крайне легко. Если бы не хвост, они бы действительно оба валялись сейчас на земле, но шустрая железяка вовремя уперлась в землю, дав возможность Орру не просто не рухнуть, но и подхватить Келин на руки.
Не в галантной манере, увы. Скорее, в смущенной. На автомате, скрестив обе пятерни у нее за спиной и инстинктивно прижав к себе.
Он мог сколько угодно обращаться к разуму. К доводам. К фактам. Человек же никогда не был исключительно разумным существом. Баланс веществ в голове и теле диктовал свои условия, убрать которые, сделать вид, что их нет, было невозможно. Просто невозможно. И теплота тела четко говорила о том, что и сейчас Орру не хватало одного шага, чтобы сказать самому себе “Да, это она”. Он просто хотел в это верить. На уровне не доводов и фактов, а на уровне мышцы в грудной клетке, бьющейся без остановки. И принявшейся биться чуть чаще сейчас, когда Келин была рядом.
Кинваб обнял ее так, как будто она была самым дорогим подарком в жизни. Крепко. Явно. Разделяя полностью страхи об исчезновении и о том, что все это может обернуться пустотой. Терять ее второй раз было уже чем-то немыслимым. Чудовищным. Они оба, вероятно, боялись этого, догадываясь о том, что подобные чувства одинаковы и в его случае, и в ее. Поэтому до последней секунды хватка человека в маске не ослабевала. И только после того как девочка расслабилась, и уже ее руки отпустили шею Кина, тот молча выпрямил спину, ослабив и свою хватку.
На Келин смотрел совершенно безэмоциональный вытянутый фиолетовый глаз маски. Молча. Без слов, без комментариев, впитывая ее панику и ее оправдания до момента, пока опущенные руки, разжавшие замок и позволив Келин отступить, не приподнялись и не легли ей на плечи.
Молчание. Снова. Без смеха, без каких-то комментариев.
Его длани ощущались странно. Правая напирала на плечо одним своим весом, левая же касалась куда легче. Он был на одном уровне с ней, все еще на одном колене, не в силах толком встать сначала из-за того, что этот процесс прервали, а потом… Ну, потом Орр уже и не хотел вставать.
Подтянул ее к себе. Это было несложно. За ее-то лепетанием, за этим странным ощущением будто кто-то что-то сделал не так. Обычно в такие моменты что-то говорят. Ну, на манер “Не парься” или “все в порядке”, а потом поправляют галстук, встают и идут по своим делам, будто ничего не произошло.
В Бездну такое отношение.
Орр обнял ее еще раз. Не она его ,а он ее. Потому что можно сколько угодно строить из себя напыщенного сноба, но когда ты понимаешь, что лучше любых слов работают действия, именно действовать и надо было.
“С возвращением” - это он хотел сказать, но вместо этого просто сделал то же самое, что сделала Келин. Она – потому что не могла иначе. Он – потому что иначе мог, но решил сделать именно так. Просто обнять. Положить одну ладонь на спину, а вторую, левую, ей на затылок. И чуть согнуть пальцы, чувствуя сквозь перчатки ткань шапки. Под которой была уже непослушная шевелюра.
Из маски вырвался заметный вздох. Нет, выдох. Такие выдохи бывают, когда чуть ли не готов зарыдать, и уже стоишь на грани начала очередного соплежевания. Но выдохом Орри ограничился.
“Да, пусть это все таки будет она.”
- Пойдем в лагерь. - снова доносится из под маски, но его голова все еще лежит на плече Келин, уткнувшаяся и говорящая те вещи, что противоречили действиям старого друга, явно не желающего ее отпускать.
Но отпустить надо было. Просто чуть-чуть попозже. И без спешки. Без панического отношения к ситуации. Без мыслей о том, что кто-то может что-то не так понять.
Он просто был очень рад ее видеть.

+1

16

В какой-то момент Келин показалось, что она сделала что-то неправильное. Что она, может быть, ошиблась. И молчание Орра, взгляд его фиолетового глаза, по правде говоря, дело только усугубляло, оставляя девочку наедине со своими мыслями, которые становились всё более беспорядочными с каждой секундой. К тому моменту, когда Кинваб всё же решил как-то ответить, поток стыда, сожалений и самобичевания внутри Келин превратился в полноценный внутренний крик. Который, к счастью, смолк в тот момент, когда руки старого друга легли на её плечи.

Что было, если честно, немного неожиданно.

Рука, что потяжелее, оказалась у неё за спиной. Та, что полегче, легла ей на затылок. А затем её подтолкнули поближе к нему, и голова Орра легла уже на её плечо.

Она протянула свои руки, вновь обвив ими шею мужчины и чуть склонила голову вбок, прильнув к нему.

Не было ни слов, ни шёпота, ничего лишнего. Просто двое друзей, которые вновь обрели один другого спустя много времени, теперь наслаждались моментом спокойствия и компанией друг друга.

Келин всё ещё не могла в это поверить. Она больше не была в Туманах. Она была здесь. И, самое главное, она была не одна.

Это, пожалуй, было самой хорошей новостью за всё время. Она была не одна.

Если честно, сказать Орру хотелось много чего. Очень много чего. Но всё это были либо повторяющиеся заверения в том, что она очень-очень-очень рада его видеть, которые были излишни, либо… либо…

Нет. Вновь и вновь – слова между ними не нужны. По крайней мере, много слов им не нужно.

На фразу о том, что им стоило бы вернуться в лагерь, девочка только согласно кивает. Медленно. Поскольку… отпускать Кинваба пока не хотелось. Надо будет, всё-таки, но не прямо сейчас. Сейчас…

…ну, они ещё немного побудут в объятиях друг-друга. Ещё чуточку.

+1


Вы здесь » Кео, мир Туманов » Утерянные главы » 17.02.1705 - "Cold"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно